Любовь

Любовь? А что это такое?
Зачем о ней так много слез?
Она противница покоя
И покорительница грез.
Она - мечта и сновиденье -
Порой печальна или зла,
Порой творит стихотворенья
Или великие дела.

Быть может, что любовь - богиня:
Честолюбива и горда,
А может, злой судьбы рабыня,
И ей подвластна навсегда.
Мы часто слово произносим
"Люблю". А что для нас любовь?
То, что в стихах мы превозносим,
То, что сердец волнует кровь?

А может, то, что в нас твориться,
Когда глядим мы на Луну,
То, что в душе у нас таится,
Мешая разуму и сну?
Любовь? А что это такое?
Как бы попроще рассказать?
Все то великое, святое,
Что трудно словом описать.

Любовь

Любовь? А что это такое?
Зачем о ней так много слез?
Она противница покоя
И покорительница грез.
Она - мечта и сновиденье -
Порой печальна или зла,
Порой творит стихотворенья
Или великие дела.

Быть может, что любовь - богиня:
Честолюбива и горда,
А может, злой судьбы рабыня,
И ей подвластна навсегда.
Мы часто слово произносим
"Люблю". А что для нас любовь?
То, что в стихах мы превозносим,
То, что сердец волнует кровь?

А может, то, что в нас твориться,
Когда глядим мы на Луну,
То, что в душе у нас таится,
Мешая разуму и сну?
Любовь? А что это такое?
Как бы попроще рассказать?
Все то великое, святое,
Что трудно словом описать.

по отсветам

Вот так - по точкам,
по отсветам
соединять,
слагать
тебя, себя
в одно причудливое искаженье,
не приближаясь к сути.
Впорхнуть
в мерцающий проем оконца,
завлекшись красочным свеченьем
от псевдосолнца,
Туда, где все с конца
и все из центра,
и от него до истеченья
бесконечности…
Почти
дотрагиваясь легким рукавом,
в потоке ветра
на полпути остановиться
и рухнуть
слезой с лица…
В шатре галлюцинаций,
у самой кромки иступленного желания,
в сознание не приходя,
слагать,
соединять
себя, тебя.

зл_ой_сон_етец

Сложные пути… Истина, что ветер.
Сомкнутых ладоней не приемлет боль.
Что с тобой опять? Не на этом свете
Говорить – со мной – про твою... л-любовь.

Белая стрела прямо в сердце метит.
Смейся же, паяц, я – сплошное зло.
Только что тебе твой б-божок ответит?
Промолчит опять? Ах… не повезло…

Тёмный силуэт за душой невидим.
Знаешь, мне уже просто всё равно.
Я тобой – любим? Или – ненавидим?

Вся твоя игра оказалась сном…
Ты – сгоревший лист. Оборвались нити.
И моя печаль – камушком – на дно.

по отсветам

Вот так - по точкам,
по отсветам
соединять,
слагать
тебя, себя
в одно причудливое искаженье,
не приближаясь к сути.
Впорхнуть
в мерцающий проем оконца,
завлекшись красочным свеченьем
от псевдосолнца,
Туда, где все с конца
и все из центра,
и от него до истеченья
бесконечности…
Почти
дотрагиваясь легким рукавом,
в потоке ветра
на полпути остановиться
и рухнуть
слезой с лица…
В шатре галлюцинаций,
у самой кромки иступленного желания,
в сознание не приходя,
слагать,
соединять
себя, тебя.

зл_ой_сон_етец

Сложные пути… Истина, что ветер.
Сомкнутых ладоней не приемлет боль.
Что с тобой опять? Не на этом свете
Говорить – со мной – про твою... л-любовь.

Белая стрела прямо в сердце метит.
Смейся же, паяц, я – сплошное зло.
Только что тебе твой б-божок ответит?
Промолчит опять? Ах… не повезло…

Тёмный силуэт за душой невидим.
Знаешь, мне уже просто всё равно.
Я тобой – любим? Или – ненавидим?

Вся твоя игра оказалась сном…
Ты – сгоревший лист. Оборвались нити.
И моя печаль – камушком – на дно.

Любил, люблю, любить готов!

Из чрева вышедши - замри,
Дыханьем плена ослеплен.
Из тысячи миров внутри
Тебе был выбран только он.
Не помня прежних сотен лет
Не помня встреч, как и смертей
Ты полюбил за миг тот свет,
Что рвал глаза сквозь мглу теней.
Из горла вырвался не крик,
Не вой, не плач, а всплеск души.
И ты, еще не зная лик,
Уже влюблен в ту, что в тиши
Тебя не зная, позвала
И словно чудо обрела.
Ты благодарен ей за то,
Что ты здесь есть, что ты есть ты,
Что пусть не так-то и легко,
Но путь пройдешь наверно ты.
На том пути учитель – Жизнь,
Она лишь Друг и Cтраж души.
Она злу тихо скажет – Сгинь!
Тебе прошепчет – Поспеши.
И перед тем как сделать шаг
Из мира светлого в мир снов
Ты, оглянувшись, скажешь – Ах,
Любил, люблю, любить готов!

C тобой говорит Вселенная

По парку бредем куда-то мы
Устало хлебнув вина.
Неярко блеснув лопатою,
На кладбище чувств Луна
Хоронит останки бренные –
Нам лучше побыть одним…

– С тобой говорит Вселенная…
Мы позже перезвоним.

С тоскою взревет отчаянье,
Накатит девятый вал.
Когда-то вдвоем встречали мы
Шторма и ревущий шквал.
Но некому спорить с пеною,
Подставить под вал плечо…

– С тобой говорит Вселенная…
Не страшно. Позвоним еще.

Все роли и темы сыграны,
И избранное – на бис.
Из всех направлений выбрано
Последнее – прыгнуть вниз.
И, крылья расправив пленные,
Вздохнет за спиной балкон…

Любил, люблю, любить готов!

Из чрева вышедши - замри,
Дыханьем плена ослеплен.
Из тысячи миров внутри
Тебе был выбран только он.
Не помня прежних сотен лет
Не помня встреч, как и смертей
Ты полюбил за миг тот свет,
Что рвал глаза сквозь мглу теней.
Из горла вырвался не крик,
Не вой, не плач, а всплеск души.
И ты, еще не зная лик,
Уже влюблен в ту, что в тиши
Тебя не зная, позвала
И словно чудо обрела.
Ты благодарен ей за то,
Что ты здесь есть, что ты есть ты,
Что пусть не так-то и легко,
Но путь пройдешь наверно ты.
На том пути учитель – Жизнь,
Она лишь Друг и Cтраж души.
Она злу тихо скажет – Сгинь!
Тебе прошепчет – Поспеши.
И перед тем как сделать шаг
Из мира светлого в мир снов
Ты, оглянувшись, скажешь – Ах,
Любил, люблю, любить готов!

C тобой говорит Вселенная

По парку бредем куда-то мы
Устало хлебнув вина.
Неярко блеснув лопатою,
На кладбище чувств Луна
Хоронит останки бренные –
Нам лучше побыть одним…

– С тобой говорит Вселенная…
Мы позже перезвоним.

С тоскою взревет отчаянье,
Накатит девятый вал.
Когда-то вдвоем встречали мы
Шторма и ревущий шквал.
Но некому спорить с пеною,
Подставить под вал плечо…

– С тобой говорит Вселенная…
Не страшно. Позвоним еще.

Все роли и темы сыграны,
И избранное – на бис.
Из всех направлений выбрано
Последнее – прыгнуть вниз.
И, крылья расправив пленные,
Вздохнет за спиной балкон…

Владимир Полетаев

Не приходите! Что вам до меня?

Цветы Голгофы: я вам не родня,

Цветы Голгофы, красные причастья,

кровавящие детские запястья.

Не приходите! Я умру легко -

уткнусь кутёнком Господу в ладони...

Горячий хлеб вздыхает глубоко,

молочница приносит молоко,

холодное, в серебряном бидоне,

а девочка на голубом балконе

считает звезды: три - четыре - пять...

Не приходите! Разве вам угнаться? -

Семнадцать, восемнадцать, девятнадцать...

Не приходите! Дайте досчитать

...жалость не в счёт.

У нас не чего не осталось, а жалость не в счёт.
И глупо пощады просить за последней чертой.
А там, после нас, да не важно никто не поймёт.
Кто предал, кто сдался, а кто оставался собой.

Трепещет в груди эта жажда толчками наверх,
И в кровь обдирая колени карабкаться жить,
А с неба просыпался жгучий жгучий и яростный смех,
Последнее эхо, а дальше оборвана нить.

Пусть так, но ещё я вдыхаю, а значит могу,
И кто из нас первый не важно. К друг другу спиной.
А что там осталось, последний удар, он врагу.
И небо, и мы, и мгновения вечной чертой.

Владимир Полетаев

Не приходите! Что вам до меня?

Цветы Голгофы: я вам не родня,

Цветы Голгофы, красные причастья,

кровавящие детские запястья.

Не приходите! Я умру легко -

уткнусь кутёнком Господу в ладони...

Горячий хлеб вздыхает глубоко,

молочница приносит молоко,

холодное, в серебряном бидоне,

а девочка на голубом балконе

считает звезды: три - четыре - пять...

Не приходите! Разве вам угнаться? -

Семнадцать, восемнадцать, девятнадцать...

Не приходите! Дайте досчитать

...жалость не в счёт.

У нас не чего не осталось, а жалость не в счёт.
И глупо пощады просить за последней чертой.
А там, после нас, да не важно никто не поймёт.
Кто предал, кто сдался, а кто оставался собой.

Трепещет в груди эта жажда толчками наверх,
И в кровь обдирая колени карабкаться жить,
А с неба просыпался жгучий жгучий и яростный смех,
Последнее эхо, а дальше оборвана нить.

Пусть так, но ещё я вдыхаю, а значит могу,
И кто из нас первый не важно. К друг другу спиной.
А что там осталось, последний удар, он врагу.
И небо, и мы, и мгновения вечной чертой.

в моей голове

в моей голове половина твоих истерик.
записаны на подкорку и рвут мне уши.
я мертвым дельфином выбрасываюсь на берег
чужих океанов, чтоб только почуять сушу.

чтоб только почуять кожу, я рвусь на части.
живая? жива? переломана по ключицам.
разряженным телефоном я выключаюсь.
где мне отыскать ошибки, чтоб научиться?...

я в чьей-то солёной бухте себя причалю.
Русалочкой заменю себе хвост на пятки.
а ты, на прощанье просто пожав плечами
еще что-то хочешь? давай поиграем в прятки...

я прятаться буду, ты будешь по всем колодцам
искать меня, звать, потеряв и совсем отчаявшись.
а я... надоело пить, я начну колоться.
мне кто-то сказал, что от этого полегчает.

я стану блевать в чьих-то приторно-чистых ванных
своею любовью. как ватой я ей набита..
живи, целуйся с другими, впадай в нирвану...
а я... финита...

по веленью

Ты не спрашивай, я все равно тебе не отвечу.
Не имею тайн, хоть и ставлю тебя в тупик.
Я устал, оттого грустны глаза и покаты плечи,
а не то, о чем ты подумала... Дай мне пить,

от дорожной пыли во рту солоней Арала,
от дождей седые кудри сплелись в венок...
Отдохни, я здесь не затем, чтобы ты старалась
показаться чуть тоньше и лучше... Худой щенок,

как подобрыш, яростно тычется мне в колени,
я укрою его ладонью и загрущу...
Не бывает все просто и правильно по веленью
даже тысячи сказочных щук...

в моей голове

в моей голове половина твоих истерик.
записаны на подкорку и рвут мне уши.
я мертвым дельфином выбрасываюсь на берег
чужих океанов, чтоб только почуять сушу.

чтоб только почуять кожу, я рвусь на части.
живая? жива? переломана по ключицам.
разряженным телефоном я выключаюсь.
где мне отыскать ошибки, чтоб научиться?...

я в чьей-то солёной бухте себя причалю.
Русалочкой заменю себе хвост на пятки.
а ты, на прощанье просто пожав плечами
еще что-то хочешь? давай поиграем в прятки...

я прятаться буду, ты будешь по всем колодцам
искать меня, звать, потеряв и совсем отчаявшись.
а я... надоело пить, я начну колоться.
мне кто-то сказал, что от этого полегчает.

я стану блевать в чьих-то приторно-чистых ванных
своею любовью. как ватой я ей набита..
живи, целуйся с другими, впадай в нирвану...
а я... финита...

по веленью

Ты не спрашивай, я все равно тебе не отвечу.
Не имею тайн, хоть и ставлю тебя в тупик.
Я устал, оттого грустны глаза и покаты плечи,
а не то, о чем ты подумала... Дай мне пить,

от дорожной пыли во рту солоней Арала,
от дождей седые кудри сплелись в венок...
Отдохни, я здесь не затем, чтобы ты старалась
показаться чуть тоньше и лучше... Худой щенок,

как подобрыш, яростно тычется мне в колени,
я укрою его ладонью и загрущу...
Не бывает все просто и правильно по веленью
даже тысячи сказочных щук...

Моя любовь

Думать я не могу больше ни о чем.
Моя любовь к тебе, но ты здесь ни при чем.
Белым мелом пишу на белой стене.
Моя любовь к тебе, но она во мне.
Горит огнем во мне глубоко.
Ты ни при чем, ты где-то там далеко.
А ты где-то там далеко за стеной.
Ты с кем-то другим говоришь за спиной, но не со мной.
Ты где-то спокойно живешь, пьешь с вареньем чай.
А я тебя люблю, как-то так вдруг. Невзначай.
И этот город дарит мне фонарей букеты.
И этот город раскрыл мне все свои секреты.
Я разменяю любовь на мелкие монеты.
А ты спокойно живешь и ничего не знаешь об этом.
Ведь моя любовь она моя и точка.
Она моя. Я выпью ее по глоточкам.
Ты здесь ни при чем.
И мне кажется иногда, что это было так давно и не со мной.
Ты так далеко, за глухой стеной. Почти не дышишь.
Ты меня не услышишь.
Но я знаю ты где-то есть,
Даже если только здесь...

Моя любовь

Думать я не могу больше ни о чем.
Моя любовь к тебе, но ты здесь ни при чем.
Белым мелом пишу на белой стене.
Моя любовь к тебе, но она во мне.
Горит огнем во мне глубоко.
Ты ни при чем, ты где-то там далеко.
А ты где-то там далеко за стеной.
Ты с кем-то другим говоришь за спиной, но не со мной.
Ты где-то спокойно живешь, пьешь с вареньем чай.
А я тебя люблю, как-то так вдруг. Невзначай.
И этот город дарит мне фонарей букеты.
И этот город раскрыл мне все свои секреты.
Я разменяю любовь на мелкие монеты.
А ты спокойно живешь и ничего не знаешь об этом.
Ведь моя любовь она моя и точка.
Она моя. Я выпью ее по глоточкам.
Ты здесь ни при чем.
И мне кажется иногда, что это было так давно и не со мной.
Ты так далеко, за глухой стеной. Почти не дышишь.
Ты меня не услышишь.
Но я знаю ты где-то есть,
Даже если только здесь...